Случившееся в этом году наводнение в Северо-Казахстанской области и других регионах страны стало настоящим потрясением и испытанием для многих. Пострадало не только имущество людей, но и моральное состояние. Как пережить случившееся и помочь своей психике – корреспондент агентства Kazinform разговаривала с психологом Дмитрием Агаповым.
По словам Д.Агапова, в ситуации с паводками стресс пережили не только напрямую пострадавшие от большой воды, но и очевидцы происходящего. Запустила механизм стресса экстремальность ситуации.
— На создание стрессовой ситуации повлияли сразу несколько факторов. Первый – это новизна. Вода пришла туда, где ее никогда не было. У людей нарушилось ощущение безопасности, появилась сильнейшая тревога. Причем не только у тех, чьи дома пострадали. Здесь нельзя делить: пострадал или не пострадал. В ситуации стресса мы говорим о ее восприятии. Стресс у свидетеля может быть даже сильнее, чем у пострадавшего. Второй фактор – внезапность происходящего. Полиция, громкоговорители, звуковые сигналы спецслужб – все это создавало сильнейшее эмоциональное напряжение, панику. Третий – разрушение привычного уклада. Люди несколько лет прожили на одном месте, создавали быт. Возможно, кто-то сам построил дом. Вкладывали силы во что-то ценное для них. И речь идет не о материальном, а о значимом в эмоциональном смысле. У многих вызывает недоумение мужчина, плачущий над домом-развалюхой, взамен которого он получил новую квартиру. Но ценность в этом случае измеряется степенью эмоционального вклада в дом. По этой же причине некоторые отказываются переезжать в новое жилье и восстанавливают свои дома. Нужно понимать, что в этом случае именно переезд принесет больший ущерб психике, чем полученные разрушения. Это резкое изменение привычного образа жизни, сложившегося годами. Поэтому и говорят, что пожилых людей нельзя перевозить на новое место жительство по прихоти детей, например, — прокомментировал психолог.
Д.Агапов говорит, что по сути, наводнение и принесенные им разрушения – это ситуация утраты, которую психика перерабатывает поэтапно.
Первая стадия – шок, неверие в происходящее. Поэтому многие ходят словно потерянные, они еще не могут осознать, что произошло, не верят в случившееся. Это словно ударить молотком по пальцу. Сначала онемение, потом — боль. То же самое происходит на эмоциональном уровне.
Вторая стадия – злость. Некоторые выплескивают ее на окружающих, могут вести себя агрессивно. Психолог подчеркнул, что злость – это попытка справиться с трагедией, вернуть, как было, найти виновного.
Третья фаза – когнитивная переработка, или торг. Человек начинает перебирать разные варианты, при которых этого могло не произойти.
Когда он осмыслит, что ничего не изменить и, как раньше, уже не будет, наступает стадия печали, депрессии. По словам Д.Агапова, задача эмоции печали – помочь пережить расставание с чем-то ценным, что было утеряно безвозвратно. Надо отгоревать.
И только потом наступает фаза принятия, легкой грусти о том, что было.
При этом стадии необязательно последовательны и зачастую люди на какой-то из них застревают. Кто-то так и остается в потерянном состоянии и не верит в произошедшее, кто-то – в озлобленности, кто-то в депрессии на долгие годы, кто-то занимается самоедством. Чтобы этого не произошло, нужно разрешить себе проявлять чувства и эмоции и попрощаться с прошлым.
— На эмоции нужно дать время. Не уходить в горе с головой, а совершать хотя бы минимальные действия. Заставлять себя что-то делать. Найти силы собрать необходимые документы, вернуться на руины и забрать что-то ценное для себя и прочее. Третье, что нужно сделать – попрощаться с прошлым. Выделить на это время, чтобы никто не мешал, представить утрату. Например, дом. Настроить контакт с образом и обращаться к нему. Выплеснуть все негативные эмоции, проговаривать их до исчерпания, желательно вслух. Затем выразить благодарность за что-то. Например, за хорошие моменты, прожитые в нем. Следующая фраза должна быть такая: «и большего я от тебя не жду». Поставить ею точку. И затем попросить прощения. Неважно за что: за недостроенный забор, прохудившуюся крышу, неубранный вовремя мусор и так далее. После чего произнести «все свое от тебя, я возвращаю себе» и «самым лучшим и легким путем я тебя отпускаю». Это универсальная формула прощания, но ситуации могут быть разные, у каждого есть какие-то травмы, эмоциональное застревание. Если после проделанного не наступило облегчения, то желательно проработать тему утраты с психологом. Но только с тем, кто специализируется на ней, — рекомендовал Д.Агапов.
Он добавил, что церемония прощания – социальный институт, который помогает довыразить чувства, пережить горевание. Потеря дома в наводнение – это тоже утрата. И горе нужно пережить. Обычно требуется полгода. Это не быстрый процесс.
— Реакцию горя невозможно отменить, ее можно только пережить. Когда кто-то застревает на первой фазе, старается не думать о случившемся, он «запаковывает» свои чувства и рискует в будущем получить посттравматическое стрессовое расстройство. Сначала как будто ничего не происходит, а через полгода-год вдруг нарушается сон, снятся кошмары, накрывают флэшбеки, триггеры, например, вой сирены пожарной машины вызывает сильнейшую тревогу. С другой стороны, не все так ужасно. Зачастую кризис становится источником развития, новым этапом жизни. Но только если человек отгоревал, принял ситуацию и начал дальше развиваться. Сейчас появляется понятие «посттравматическое стрессовое развитие». Люди, которые побывали в, казалось бы, ужасающих ситуациях, развиваются, становятся сильнее, энергичнее, происходит мощный личностный рост. Как пожар в тайге. Страшно, но шишки на земле раскрываются, и уже через 10 дней появляется молодая поросль, — сказал психолог Дмитрий Агапов.