Цены на радиоактивный металл выросли на 233%, что свидетельствует о возрождении интереса к ядерной энергетике. В то же время Канада может обогнать Казахстан и стать крупнейшим производителем урана, передает агентство Kazinform со ссылкой на Bloomberg.
Всемирная ядерная ассоциация считает, что Канада может обогнать Казахстан как крупнейшего производителя урана.
Также Казахстан и Канада обеспечивают более половины мирового производства урана — Казахстан произвел 40% от общего объема добытого урана в мире, за ним следует Канада с 21%.
На западной границе провинции Саскачеван в Канаде, на изгибе озера, окруженного бескрайними черными елями, в лесу создан небольшой аванпост, который, возможно, является самым горячим новым горнодобывающим проектом на сегодня.
В этом суровом месте даже в апреле снег все еще плотно покрывает лед на озере. Здесь нет ни городов, ни деревень, ни вообще каких-либо признаков жизни — за исключением черных медведей или волков — в радиусе 50 миль. Однако здесь есть уран. Настолько много, что породы вокруг одного участка озера, как считается, могут генерировать достаточно ядерной энергии для обеспечения более 40 миллионов домов в течение четверти века.
В одном из уголков лагеря образцы залежей — маленькие черные радиоактивные бруски — аккуратно выложены в ряд, в стойках. Адам Энгдаль надевает защитные перчатки, поднимает один из образцов и улыбается: «Это мой любимый». Энгдаль, геолог из стартапа NexGen Energy Ltd., с гордостью передает его по кругу. Брусок удивительно тяжелый — верный признак, говорит Энгдаль, что он плотно насыщен урановыми минералами.
Долгое время никого это особенно не интересовало. Особенно после катастрофы на Фукусиме в 2011 году. Но по мере того, как изменение климата усиливалось, правительства по всему миру вновь привлекла стабильная «безуглеродная» энергия, производимая ядерными станциями, интерес к урановым месторождениям начал расти. Сегодня по всему миру строится 61 атомная электростанция. Еще около 90 находятся на стадии планирования, а более 300 предложены. Есть даже стремление к повторному открытию старых станций, закрытых много лет назад.
Резкий рост цен на уран свидетельствует о масштабе и скорости возвращения к ядерной энергетике. За последние пять лет цены на металл выросли на 233% — более чем в три раза превысив рост цен на золото и медь, даже после небольшого снижения в 2024 году.
Эта мания распространилась и на фондовый рынок, где трейдеры активно скупают акции урановых компаний. Многие горнодобывающие компании в Канаде за последние четыре года выросли более чем на 400%, и теперь рыночная стоимость NexGen составляет почти $4 млрд несмотря на то, что компания не продала ни одного фунта металла и не планирует начать продажи до 2028 года. В сектор инвестировали некоторые из крупнейших имен в финансах: Ли Ка-Шинг, Стивен Коэн, Стэн Дракенмиллер и другие.
По мере ввода в эксплуатацию новых реакторов в мире растет потребность в дополнительной урановой руде.
Бум, конечно, может закончиться провалом. В прошлом их было немало. Примерно в 130 милях к северу от лагеря NexGen находится город Ураниум-Сити, который служит ярким напоминанием об этом. Когда-то это было оживленное горнодобывающее сообщество, а сегодня оно превратилось в почти город-призрак. (Население по последней переписи: 91 человек, согласно данным Статистического управления Канады.) Всё, что нужно, — это еще одна авария со смертельным исходом, чтобы серьезно проверить новый энтузиазм по поводу ядерной энергетики. И даже если миру удастся избежать очередной катастрофы, острая проблема того, как и где утилизировать радиоактивные отходы, остается ключевой уязвимостью для любой инициативы по строительству множества реакторов.
Даже в Канаде, которая вскоре может стать крупнейшим производителем урана в мире, сохраняются очаги враждебности к ядерной энергетике. Британская Колумбия, провинция, которая, как и Саскачеван, богата природными ресурсами, все еще имеет запрет на добычу этого металла и строительство атомных станций. Однако лидеры Канады воспользовались этим моментом. Премьер-министр Джастин Трюдо недавно сделал добычу урана ключевым элементом плана страны по достижению нулевых выбросов, что является ироничным поворотом для лидера, который десять лет назад вступил в должность, обещая переориентировать экономику от добычи сырья.
В феврале, на ежегодной встрече представителей горнодобывающей промышленности неподалеку от Майами, специалисты по урану привлекли наибольшее внимание. Инвесторы и банкиры проявляли лишь мимолетный интерес, когда выступали представители золотодобывающих и литиевых компаний, оставляя ряды пустых стульев, но собирались толпой каждый раз, когда к трибуне подходил руководитель урановой компании.
Для Трэвиса Макферсона, главного коммерческого директора NexGen, все это было немного ошеломляющим. Так много инвесторов стремились к личной встрече с ним, что он просто переходил от встречи к встрече в течение двух дней подряд. В конце концов, он провел 60 сессий, что, по словам организаторов конференции, могло установить рекорд.
Привлекательность уранового бизнеса заключается в основном в ощущении несоответствия спроса и предложения. Спрос на металл со стороны Китая, Индии, Японии, США и Европы растет значительно быстрее, чем шахтеры могут его добывать. По оценке Тревы Клингбил, президента TradeTech, поставщика данных для отрасли, — спрос может превысить предложение более чем на 100 миллионов фунтов в год к 2030 году.
Урановые месторождения разбросаны по всей Земле — от Казахстана, в настоящее время крупнейшего в мире производителя, до Южной Африки. Но мало какие из них так богаты, как месторождения в бассейне Атабаска в Саскачеване.
Именно здесь находится лагерь NexGen, на берегу озера Паттерсон. Конкурирующие компании спешат занять места вокруг него. В нескольких милях к западу Fission Uranium Corp. близка к началу разработки своего проекта. Неподалеку к востоку ведет разведку F3 Uranium Corp. Немного дальше на восток Denison Mines Corp., Orano Canada и Cameco Corp. — которая управляет сегодня самой продуктивной урановой шахтой в мире — начинают новые проекты, увеличивают мощности на существующих и возобновляют работу закрытых шахт.
Здесь так много минералов в земле, что на некоторых шахтах, включая шахту NexGen, уран придется разбавлять перед продажей. Такая чистота — результат образования пород, которые начали формироваться более миллиарда лет назад.
Ли Кюрьер, основатель и генеральный директор NexGen, называет свой рудник — и бассейн Атабаска в целом — «удивительным местом». Орест Вовкодав, аналитик горнодобывающей отрасли из Scotiabank в Торонто, предпочитает термин «единорог». По его оценке, шахта NexGen будет обеспечивать 13% от всего мирового предложения.
Кюрьеру 52 года, он родом из Австралии и по профессии бухгалтер. В 2010 году, когда он работал в лондонской частной инвестиционной фирме, его заинтересовал бассейн Атабаска. В то время ему поручили оценить урановые проекты по всему миру, и один геолог, которого он встретил, убедил его, что западная часть бассейна обладает огромным потенциалом. Геолог предположил, что множество высококачественных месторождений осталось нетронутыми.
Большинство экспертов считали, что основная часть металла была добыта во время одного из предыдущих урановых бумов. Кюрьер не испугался и после катастрофы на Фукусиме, когда цены на уран рухнули, он собрал группу инвесторов, чтобы купить участок земли и права на добычу минералов вокруг озера Паттерсон по дешевой цене и начать бурение в 2013 году.
Через десять месяцев после начала проекта казалось, что скептики могут оказаться правы. NexGen пробурила 20 скважин и не имела практически никаких результатов. Кюрьер начинал нервничать. Поиск урана — сложное дело. Скважины могут быть очень близки к концентрациям металла — всего в пяти метрах — и все равно не обнаружить их. У большинства исследователей заканчиваются деньгами до того, как они находят большое месторождение.
Команда NexGen продолжала тратить деньги, пока, наконец, в холодный зимний день в начале 2014 года попытка номер 21 не дала долгожданный результат: образец был насыщен высокими концентрациями урана. Тридцатая попытка принесла настоящий успех.
Сегодня на озере Паттерсон кипит деятельность. Здесь находятся около 25 отапливаемых палаток, фитнес-центр, столовая, переносные офисы и геологические лаборатории. Рабочие изучают образцы урана и планируют строительство шахты.
Кюрьер до сих пор с трудом верит, что он возглавляет то, что станет, если все пойдет по плану, крупнейшей в мире урановой шахтой. Он надеется получить окончательное разрешение на строительство шахты к концу этого года. Если нет, то в начале 2025 года.